Нам есть что терять.
Нам есть что защищать!

Александр Михайловский
Меня зовут Александр Всеволодович Михайловский. Я живу в московском районе Тропарёво-Никулино. Много лет (три созыва) был депутатом районного Совета депутатов.

Читать далее

Ржавый Маниловский мост, прощай!

В ближайшее время, ожидается, начнется демонтаж так называемого торгового моста на пересечении Проспекта Вернадского и улицы 26 Бакинских Комиссаров, около станции метро «Юго-западная». 
К строительству приступили в 2005 году. Предполагалось, что мост свяжет два торговых центра, один из которых планировался на месте библиотеки им. Ю.А.Гагарина. Но что-то пошло не так. Вскоре после возведения ферм стройка была остановлена и брошена. Библиотека уцелела. Застройщик долго судился с московским правительством. Без малого полтора десятка лет остов недостроенного моста ржавел. Была опасность его обрушения. С неохраняемого пролета падали люди.
Давно пора от него избавиться. Скажем ему, прощай.

Зачем в Москве алюминиевый завод?

Предприятие по приемке и переплавке цветного металла давно работает в районе Очаково по адресу ул.Ген.Дорохова, 12 стр. 1 Жители всегда возмущались вредными выбросами, но было трудно доказать. Теперь данные независимых экологов явно показывают колоссальное загрязнение воздуха как самим заводом, так и его субподрядчиками и поставщиками. Вокруг завода большое количество предприятий, которые готовят для него металлолом. Рядом на окрестных пустырях горят костры. На них выжигают изоляцию с проводов, краску, пластмассовые и резиновые части с деталей, где есть цветные металлы.
Получается, для того, чтобы бомжи и гастарбайтеры заработали немного денег на бутылку или «на поесть» сотни тысяч москвичей, жителей районов Очаково-Матвеевское, Тропарево-Никулино, Раменки, Проспект Вернадского вынуждены дышать диоксинами, окислами десятков металлов.
Все согласны, что существование этого завода, как и многих других подобных предприятий в Очаковской промзоне, пагубно действует на экологию города. Но год за годом Департамент природопользования и охраны окружающей среды Москвы продлевает им лицензии. Зачем? Если просто не продлить лицензию, завод будет перепрофилирован.
И всем станет легче дышать.

Исправленная дорожка

Часто бывает, что пешеходные дорожки строят в одном месте, а люди ходят совсем другим путем. Протаптывают тропинки. Месят грязь в дождь. Ругают проектировщиков, а заодно и власти. Районные благоустроители очень любят тропинки вскапывать и высаживать на них травку. Но жители все равно ходят так, как им удобно.
Недалеко от открытой в прошлом году станции метро «Озерная», между западным выходом и торговым центром «Мичуринский» была одна из таких тропинок.
После обращений жителей пешеходную дорожку начали прокладывать правильно.
Случай довольно редкий, но счастливый.

Плакала Саша, как лес вырубали

Плакали жители, как вырубали деревья в палисаднике около их дома, посаженные ими 30-40 лет назад. Вспоминали Некрасова, глядя, как трупы деревьев недвижно лежали и из перерубленной старой березы градом лилися прощальные слезы.
Деревья, с точки зрения ГБУ «Жилищник», наклонились. Могли упасть.
Сотрудники «Жилищника» не нашли времени и слов поговорить с жителями, объяснить, убедить. Кроме того, не стоило под корень рубить, а срезать частично.
Так может быть, вместе с деревьями и жителей удалить? Совсем. От них одно беспокойство.

Копия письма

История любви

Оперные сюжеты, как правило, трагичны. Герои страдают, теряют близких людей или погибают сами.
«Иоланта» Чайковского редкое исключение. Опера названа по имени слепой девушки, которая обрела зрение благодаря силе любви. Готфрид рыцарь, Иоланта, понятно, принцесса. Дело было в средневековой Европе.
Но когда другой рыцарь Роберт запел «Кто может сравниться с Матильдой моей!», всем стало понятно, что главная в этой истории именно Матильда. Хотя она не появилась на сцене, но ангелом-хранителем незримо витала над героями. И благодаря ей все благополучно устроилось.
Молодые артисты из Центра оперного пения Галины Вишневской будто сами были участниками этой истории любви. Исполняли свои роли так искренне и убедительно, что зрители плакали.